Онлайн доклады

Онлайн доклады

Пироговский офтальмологический форум

Конференция

Пироговский офтальмологический форум

Инновационные технологии диагностики и хирургического лечения патологии заднего отдела глазного яблока и зрительного нерва Межрегиональная научно-практическая конференция

Конференция

Инновационные технологии диагностики и хирургического лечения патологии заднего отдела глазного яблока и зрительного нерва Межрегиональная научно-практическая конференция

Особенности нарушения рефракции в детском возрасте Межрегиональная научно-практическая конференция

Конференция

Особенности нарушения рефракции в детском возрасте Межрегиональная научно-практическая конференция

Инновационные технологии диагностики, терапии и хирургии патологии переднего отдела глазного яблока, глаукомы и придаточного аппарата органа зрения Межрегиональная научно-практическая конференция

Конференция

Инновационные технологии диагностики, терапии и хирургии патологии переднего отдела глазного яблока, глаукомы и придаточного аппарата органа зрения Межрегиональная научно-практическая конференция

Оренбургская конференция офтальмологов - 2020 XXXI Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием

Конференция

Оренбургская конференция офтальмологов - 2020 XXXI Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием

Новые технологии в офтальмологии. VIII Всероссийская научно-практическая конференция посвященная дню рождения академика С.Н. Федорова

Конференция

Новые технологии в офтальмологии. VIII Всероссийская научно-практическая конференция посвященная дню рождения академика С.Н. Федорова

Новейшие и инновационные подходы в медико-хирургическом лечении глаукомы

Международный вебинар по глаукоме в области медико-хирургического лечения

Новейшие и инновационные подходы в медико-хирургическом лечении глаукомы

Белые ночи - 2020 Сателлитные симпозиумы в рамках XXVI Международного офтальмологического конгресса

Сателлитные симпозиумы

Белые ночи - 2020 Сателлитные симпозиумы в рамках XXVI Международного офтальмологического конгресса

Новые возможности оборудования NIDEK для диагностики патологии глазного дна

Онлайн семинар

Новые возможности оборудования NIDEK для диагностики патологии глазного дна

Новые технологии лазерной рефракционной хирургии

Онлайн семинар

Новые технологии лазерной рефракционной хирургии

Лечение глаукомы: Инновационный вектор

Конференция

Лечение глаукомы: Инновационный вектор

Роговица IV. Диагностика и лечение. Научно-практическая конференция с международным участием

Конференция

Роговица IV. Диагностика и лечение. Научно-практическая конференция с международным участием

Онлайн доклады

Онлайн доклады

Пироговский офтальмологический форум

Конференция

Пироговский офтальмологический форум

Инновационные технологии диагностики и хирургического лечения патологии заднего отдела глазного яблока и зрительного нерва Межрегиональная научно-практическая конференция

Конференция

Инновационные технологии диагностики и хирургического лечения патологии заднего отдела глазного яблока и зрительного нерва Межрегиональная научно-практическая конференция

Особенности нарушения рефракции в детском возрасте Межрегиональная научно-практическая конференция

Конференция

Особенности нарушения рефракции в детском возрасте Межрегиональная научно-практическая конференция

Инновационные технологии диагностики, терапии и хирургии патологии переднего отдела глазного яблока, глаукомы и придаточного аппарата органа зрения Межрегиональная научно-практическая конференция

Конференция

Инновационные технологии диагностики, терапии и хирургии патологии переднего отдела глазного яблока, глаукомы и придаточного аппарата органа зрения Межрегиональная научно-практическая конференция

Оренбургская конференция офтальмологов - 2020 XXXI Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием

Конференция

Оренбургская конференция офтальмологов - 2020 XXXI Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием

Новые технологии в офтальмологии. VIII Всероссийская научно-практическая конференция посвященная дню рождения академика С.Н. Федорова

Конференция

Новые технологии в офтальмологии. VIII Всероссийская научно-практическая конференция посвященная дню рождения академика С.Н. Федорова

Новейшие и инновационные подходы в медико-хирургическом лечении глаукомы

Международный вебинар по глаукоме в области медико-хирургического лечения

Новейшие и инновационные подходы в медико-хирургическом лечении глаукомы

Белые ночи - 2020 Сателлитные симпозиумы в рамках XXVI Международного офтальмологического конгресса

Сателлитные симпозиумы

Белые ночи - 2020 Сателлитные симпозиумы в рамках XXVI Международного офтальмологического конгресса

Новые возможности оборудования NIDEK для диагностики патологии глазного дна

Онлайн семинар

Новые возможности оборудования NIDEK для диагностики патологии глазного дна

Новые технологии лазерной рефракционной хирургии

Онлайн семинар

Новые технологии лазерной рефракционной хирургии

Лечение глаукомы: Инновационный вектор

Конференция

Лечение глаукомы: Инновационный вектор

Роговица IV. Диагностика и лечение. Научно-практическая конференция с международным участием

Конференция

Роговица IV. Диагностика и лечение. Научно-практическая конференция с международным участием

Все видео...

Такой беспокойный характер


    

Похоже, чувство неудовлетворенности никогда не покидает этого человека, несмотря на его неиссякаемый оптимизм. Московский научно-исследовательский институт микрохирургии глаза, который возглавляет Святослав Николаевич Федоров, оснащен самой современной аппаратурой. В экспериментально-техническом производстве изготавливают уникальные инструменты и аппаратуру. Сотрудники разработали новейшие методы лечения, благодаря которым десятки тысяч людей обрели счастье видеть мир в его прекрасных реалиях. Но сделанного Федорову мало.

    «Больной на конвейере». Звучит довольно странно. И выглядит необычно. Представьте: 6–8 хирургов оперируют одновременно столько же больных. Каждый делает «свое звено» в целостной цепочке. В результате с операционного стола-конвейера каждые 3–5 минут встают здоровые люди.

    Однако, тревожатся оппоненты, этак творческий операционный процесс превратится в механическое манипулирование инструментами, в котором нет места таланту хирурга.

    Федоров не согласен: операционный конвейер – тот же оркестр. Каждый музыкант виртуозно владеет своим инструментом, но все вместе подчиняются дирижеру. Такой «дирижер», задающий темп и ритм операционному процессу, будет и на конвейере. Новая технология позволит врачу за 2 года сделать столько операций, сколько он сделал бы за 20 лет. А когда врач делает много операций, его квалификация стремительно растет. И если благодаря приобретенному автоматизму хирургу не нужно будет думать над отдельными этапами операции, его ум освободится для истинного творчества. Он будет изобретать новый инструмент, новую аппаратуру, разрабатывать новые методы лечения.

    И все-таки, не унимаются оппоненты, по отношению к больному конвейер – это негуманно.

    – А заставлять больного несколько лет ждать очереди на операцию – это гуманно? – Федоров возмущен. – Девяносто процентов информации об окружающем мире человек воспринимает с помощью зрения. Природа поступила не очень мудро, сделав такой жизненно важный орган, как глаз, столь уязвимым для различных болезней. Ведь на планете миллиард близоруких, сотни тысяч больных глаукомой, катарактой… Мы научились исправлять ошибки природы. К лицу ли совершать собственные?

    Год назад в «Литературной газете» развернулась дискуссия, посвященная этическим аспектам хирургических операций на сердце. В ней участвовали писатели, ученые. И одной из затронутых ими проблем была проблема выбора. Говорилось о том, что возможностей пересадить сердце всегда будет меньше, чем людей, нуждающихся в подобной операции. Кому же в первую очередь ее делать? Из чего исходить: из медицинских критериев, оценки социальной значимости больного или просто положиться на совесть хирурга? Однако уже в самой постановке вопроса присутствует безнравственность. Да, сегодня проблема выбора возникает постоянно. Но, отыскивая всякого рода критерии, ее не решишь. Врач должен думать не над тем, кому делать операцию: своему ребенку или чужому, а над тем, как лучше сделать операцию и своему ребенку, и чужому, и еще сотням детей, если они в том нуждаются.

    Такой путь и избрал Федоров. Если раньше в его клинике делали 1400 операций в год, то сегодня на тех же 160 койках за счет новой организации труда и, конечно, передовой технологии – 6500. А скоро, когда начнет функционировать операционный конвейер (работы по его созданию уже ведутся), их будет 20 тыс. Но Федорову и этого недостаточно.

    Есть в институте операционная на колесах – уникальный автобус, оснащенный всем необходимым для проведения операций в самых отдаленных уголках страны. Возмутителями спокойствия, циркачами называли поначалу хирургов, демонстрировавших местным специалистам свое искусство. А в результате таких поездок в Российской Федерации созданы 32 офтальмологических центра, где делают операции по методикам, разработанным Федоровым. А он уже ведет переговоры с Аэрофлотом. Да-да, мечта об операционной на крыльях, два года назад казавшаяся несбыточной фантазией, сегодня начинает обретать плоть.

    А начиналось все с донской станицы Вешенской, небольшого глазного отделения, куда Святослав был направлен после окончания Ростовского медицинского института. Десятки больных. И едва ли не самое распространенное заболевание – катаракта. Хрусталик – естественная двояковыпуклая линза оптической силой в 19–20 диоптрий – мутнеет и не пропускает световые лучи.

    Методика хирургического лечения катаракты была предложена еще в первой половине XVIII столетия. Мутный хрусталик попросту удаляли – зрение восстанавливалось лишь на 2–3%. Это значит, изображение уже не фокусируется на сетчатке, а проецируется на нее в расплывчатом виде. Мир предстает словно на смазанной фотографии.

    В какой-то мере выручают очки. Очень сильные (10–11 диоптрий), они обеспечивают достаточно высокую остроту зрения. Что же еще? – вопрошала леность мысли. А Федоров думал о человеке, которому до конца жизни носить эти афакичные очки, резко сужающие поле зрения и увеличивающие предметы на 30–35%. Плохо, если возможности правильно ориентироваться в пространстве лишается человек пожилой. И совсем беда, когда в такой ирреальный мир попадают дети, люди среднего возраста, еще полные энергии, творческих замыслов. Они не только отказываются от своих увлечений – спорта, охоты, туризма, но зачастую расстаются с любимой работой, без которой и жизнь не в жизнь.

    А если катарактой поражен только один глаз, что, кстати, чаще всего и бывает? Тут и очки никакие не помогут. Ведь нормальный глаз и афакичный (после удаления мутного хрусталика) с очковой линзой образуют различные оптические системы, а значит, воспринимают окружающие предметы в разных линейных масштабах. Отсюда постоянные головные боли, тошнота, головокружение. Остается лишь ждать, пока и на втором глазу созреет катаракта, а затем оперировать.

    Но ведь есть же контактные линзы, очень тонкие, надеваемые прямо на роговую оболочку глаза. Разница в величинах изображений, получаемых здоровым глазом и коррегированным контактной линзой, лишь 5–10%. А Федоров недоволен. Через каждые 4–8 часов линзу нужно снимать: глазу необходим отдых. Кроме того, чтобы ею пользоваться, требуется определенный навык. А если вправляет и снимает линзу ребенок?

    Мысль о замене пораженного катарактой мутного хрусталика идентичной оптической системой жила столетия. А осуществил ее наш современник, английский офтальмолог Гарольд Ридли. В 1949 году он впервые имплантировал в глаз хрусталик из органического стекла. За первой операцией последовали другие. Но пропорционально их количеству увеличивался и процент послеоперационных осложнений. Большинством специалистов овладел скепсис: никогда инородное тело в глазу не приживется.

    «Но почему? – думал Федоров. – Ведь есть же биологически инертные пластмассы. Высокий процент осложнений? Так при существовавшей методике он неизбежен. Ридли изготовлял искусственный хрусталик по образу и подобию естественного. Возможно ли, не травмируя глаз, ввести через зрачок линзу диаметром более 8 мм и толщиной 2,5 мм! А что если изменить конструкцию протеза, найти иной метод его имплантации?»

    Сегодня, вспоминая свою первую операцию по «вживлению» искусственного хрусталика, сделанную в Чебоксарах более 20 лет назад, Святослав Николаевич искренне считает ее успех чудом. Хрусталик… Как далек он был от совершенства! Но 12-летняя школьница из чувашской деревни прозрела. Делаются еще три операции. И снова успех!

    Однако смелость мысли приняли не сразу. Преждевременно, бесперспективно, антинаучно – такими были первые отзывы.

    Наверное, нет нужды вспоминать все мытарства хирурга, мучительные поиски новых моделей хрусталиков, специального инструмента, нестандартного оборудования. Федоров ехал в Москву, Ленинград. Искал химиков, механиков, слесарей-лекальщиков. И они помогали ему просто так, по доброте душевной.

    Сегодня в экспериментально-техническом производстве института ежегодно изготовляется до 15 тыс. хрусталиков 40 различных моделей. Треть из них идет на экспорт. Модель Федорова – Захарова признана в мире одной из лучших.

    Что же представляет собой искусственный хрусталик? Во многих кабинетах института висит плакат: анютины глазки, словно автографы радуги, распустили яркие бархатные лепестки. На одном из них божья коровка. Она расправила крылья и вот-вот улетит. А рядом – капля росы, только с дужками, антеннками. Это и есть пластмассовый хрусталик или интраокулярная линза (ИОЛ). Ее диаметр 5 мм, толщина от 100 до 250 мк и вес 6–7 мг. Плакат символичен. Сотни тысяч людей на планете благодаря искусственному хрусталику увидели и красочный мир цветов, и крылья божьей коровки, и капли росы, и травинки – каждую в отдельности. Поистине во второй раз испытали чудо рождения.

    Имплантация ИОЛ, подбираемой в зависимости от индивидуальных особенностей глаз, а также профессии, длится 20–30 с. Три дужки заводятся за радужную оболочку, а сама линза с тремя антеннками (длина каждой 1 мм) помещается перед ней. Травма глазу наносится минимальная, и половина больных выписывается через 2–4 дня.

    Не только вернуть людям мир, но и миру полноценных людей – вот цель, которую ставил Федоров, начав нелегкий путь новатора в офтальмохирургии. Около 86% из 16 тыс. прооперированных по поводу катаракты вернулись к прежней профессии – таков результат. Думаете, исчезли скептики? Отнюдь. Конечно, их поубавилось, но и сегодня еще можно услышать: зачем искусственный хрусталик, если есть очки?

    А Федоров уже в плену новой идеи: вообще избавить человечество от очков.

    Близорукость и хирургия. Лет десять назад эти понятия не стояли рядом. Хотя японский офтальмолог Сато еще в 1953 году проводил первые опыты по надрезам роговицы, прозрачного как бы стеклышка в передней части глаза, обладающего довольно значительной оптической силой – в 42 диоптрии. Как известно, в близоруком глазу роговица сильно изогнута. Делая на ней надрезы с внешней и с внутренней стороны, Сато удавалось скорректировать угол преломления света. Однако операция была очень сложной и рискованной, поэтому последователей у Сато не нашлось.

    Однажды в институт Федорова привезли мальчика. Упал, очки разбились, осколки попали в глаз и поранили роговицу. Поразительно, но факт – после несчастного случая, когда порезы зажили, зрение у мальчика улучшилось. Тогда-то и вспомнил Федоров японского офтальмолога, но, чтобы уменьшить степень риска, предложил делать надрезы только с внешней стороны роговицы.

    Предварительно проверяется зрение, измеряются толщина роговой оболочки, угол ее кривизны, внутриглазное давление. Все эти данные закладываются в ЭВМ. Машина высчитывает глубину надрезов, а также диаметр оптической зоны, которая должна остаться нетронутой. Качество будущего зрения прогнозируется с точностью плюс-минус полдиоптрии.

    Сама операция длится 15 минут. На роговой оболочке, на участке в несколько сотых миллиметра, под сильным микроскопом, тончайшим скальпелем с алмазным наконечником, делается 6–16 надрезов. Подрезанная ткань заживает, но она уже не так прочна, и под действием внутриглазного давления роговица изменяет свою форму, а следовательно, и оптическую силу.

    Сегодня специалисты института могут исправить близорукость почти любому человеку, если она не превышает 9–10 диоптрий. Уже проведено более 8 тыс. подобных операций, к 90% пациентов вернулось нормальное зрение, в остальных случаях оно стало лучше. Но вновь раздаются голоса скептиков: зачем рисковать?

    Этих кабинетных людей, лишенных полета мысли, фантазии, можно было бы просто пожалеть, если бы на споры с ними, на доказательство уже доказанного не уходили годы и силы, если бы их «осторожность» не оборачивалась злом, не становилась шлагбаумом на пути прогрессивного.

    В последнее десятилетие в технологии хирургии глаза произошла настоящая революция. Применение специального инструментария, микроскопа, увеличивающего операционное поле в 20–30 раз, позволило вмешиваться в такие отдаленные структуры глаза, которые 15–20 лет назад были недоступны хирургу.

    Тяжелая травма. Вместо роговой оболочки – непроницаемое бельмо. Пересадка донорской роговицы, предложенная еще Н. П. Филатовым, исцелила тысячи людей. Но метод этот помогал не всем. Глаз, в особенности после тяжелых химических ожогов, отторгал пересаженную донорскую роговицу. А что если вместо естественной пересаживать искусственную роговицу? И в 1972 году Федоров вместе со своим учеником В. К. Зуевым создают кератопротез.

    Операция проводится в два этапа. Сначала в ожоговое бельмо «вживляется» опорная танталовая пластинка. А через два месяца в отверстие на ней ввинчивается оптический цилиндр, подбираемый каждому больному строго индивидуально. Таких операций сделано более 500.

    До недавнего времени единственным способом лечения внутриглазных опухолей было удаление глаза. Ныне стало возможным сохранить его, удалив лишь пораженную ткань. Опасными и потому довольно редкими являлись операции на стекловидном теле. Сконструированный в клинике Федорова инструмент – первый отечественный витреотом – позволил полностью заменять пропитанное кровью стекловидное тело специальным прозрачным раствором. Зрение возвращается к больному уже на операционном столе.

    Отказались в НИИ микрохирургии глаза от традиционных капель при лечении глаукомы. Несложная реконструктивная операция по восстановлению дренажной системы глаза – и болезнь отступает. Огромные возможности в глазной хирургии открылись с применением лазеров, ультразвука. Благодаря этим новейшим достижениям тысячи людей, считавшихся ранее безнадежно слепыми, снова начали видеть.

    Но, оговоримся, применяют эти новшества далеко не везде. Иному хирургу откажут в микроскопе, он посетует, да и оперирует по старинке. Это Федоров своего добивается. Но ведь Федоровых – единицы. Не каждому дано «идти на грозу». Почему же от прорех в организации здравоохранения должен страдать больной?

    На VI съезде Всесоюзного общества изобретателей и рационализаторов Святослав Николаевич предложил резко ускорить внедрение новой технологии при обязательном запрещении старых методов диагностики и лечения. Ну действительно, почему выпускать автомобили, телевизоры, холодильники устаревших моделей нельзя, а оперировать по-старому катаракту и глаукому можно?

    Казалось бы, простая, разумная мысль, рассуждает Федоров, – чтобы лечить, нужна аппаратура. Следовательно, вопросами ее закупки и должны ведать те, кто лечит, то есть специалисты. Почему же необходимое оборудование непременно нужно «выбивать»?

    Да потому, сам же и отвечает Святослав Николаевич, что мы просто не научились по-настоящему хозяйствовать. Сколько денег возвращает государству врач, вернувший здоровье человеку? К сожалению, этого мы не знаем.

    А пока из разных городов и деревень едут больные в Москву. И знаете, удивляются больше не совершенной аппаратуре, а обстановке добра, царящей в институте.

    Иногда Федоров бывает резок с сотрудниками, возможно, излишне требователен. Но так уж он устроен: прежде всего интересы больного. А сотрудники? Они «клянут» свою судьбу, но иную представить не могут. По собственному желанию от Федорова не уходят.

    К сожалению, врачи не боги. Тяжелые повреждения сетчатки, зрительного нерва пока не поддаются лечению. И как ни больно сознавать свое сегодняшнее бессилие, выход один: искать, снова искать.

    …В кабинете директора совещание. Обсуждается новая методика операции. Каждый высказывает свои соображения, причем без оглядки на авторитет. Святослав Николаевич может отказаться от своей концепции в пользу другой, более разумной, пусть высказанной вчерашним студентом. Здесь ценят не звания и титулы, а неординарность мышления, новизну идеи, ее перспективность. Здесь господствует дух творчества, когда инициатива предоставлена каждому ищущему. Вы исчерпали себя в этой проблеме? Хотите заняться другой? Обоснуйте – и никто не станет препятствовать. Отсутствие мелочной опеки дает возможность раскрыться индивидуальности, проявиться таланту. А доверие рождает ответственность. В результате тяжелейшие операции, которые во многих других клиниках делают лишь главные специалисты, в институте микрохирургии глаза доступны ординаторам.

    А Федорову снова нет покоя. Он видит в коллективе еще неисчерпанные резервы. Но прекрасно понимает: не сделать всех альтруистами. Отступить? Никогда! Только бороться, на сей раз с уравниловкой, при которой просто невыгодно хорошо работать. Ну почему врач, просиживающий ночи над специальной литературой, постоянно ищущий, изобретающий новое, должен получать столько же, сколько лентяй? Почему одинаково оплачивается талант и посредственность? Разве это соответствует принципу социализма: «От каждого – по способности, каждому – по труду»?..

    Так и просится оптимистическая фраза: Федоров своего добьется. Будет и в медицине бригадный подряд. Ибо у всех федоровских идей завидная участь перевоплощения из несбыточной фантазии в реальность. Дается это нелегко. Проработав в офтальмологии более тридцати лет, будучи уже всемирно известным хирургом, членом-корреспондентом Академии медицинских наук СССР, директором одного из крупнейших глазных институтов, Федоров скажет: «Трудная это работа – делать добро».

    Полудобро он делать не умеет. И спасительная формула – дескать, рано или поздно новое пробьет себе дорогу – тоже не для него. Безусловно, пробьет. А не он будет «повинен» в этом, так его сын, не сын – так внук. Но в том-то и дело, что Федоров хочет сделать как можно больше при своей жизни. И все его идеи созвучны времени.

    

    Надежда Майданская

    «Техника молодежи», 1984 г., № 4


Страница источника: 105-113

Просмотров: 703