«Связать себя с самой гуманной профессией — это добросовестно помогать людям» Интервью с д.м.н., профессором Сергеем Юрьевичем Астаховым

    Главный внештатный специалист-офтальмолог Северо-Западного федерального округа, заведующий кафедрой офтальмологии с клиникой ФГБОУ ВО «Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет имени академика И. П. Павлова» Минздрава России, д.м.н., профессор Сергей Юрьевич Астахов рассказал о значении конференции «Современные технологии лечения витреоретинальной патологии» для региона и о Международном офтальмологическом конгрессе имени профессора Ю.С. Астахова «Белые ночи».

    - Сергей Юрьевич, какое значение имеет проведение витреоретинальной конференции в Санкт-Петербурге для региона?

    - Сегодня я уже встретил представителей из Мурманска и из Калининграда. Я рад, что Северо-Западный федеральный округ хорошо представлен в очном формате на этой конференции. Конференция проводится в Санкт-Петербурге, столице Северо-Западного федерального округа, и у многих местных специалистов есть возможность не просто приехать и посмотреть на новые методики, как на какой-нибудь недосягаемый шедевр в Эрмитаже, но и применить увиденное в своей практике. Я надеюсь, многое, из того, что мы здесь услышим и увидим, будет широко внедряться не только в Петербурге, но и в других городах нашего региона на благо пациентов. 

    - Вы были в президиуме заседания «Вопросы современной диагностики витреоретинальной патологии», какие доклады показались Вам наиболее интересными?

    - Школа Военно-медицинской академии всегда отличалась качественными докладами. И президиум был подобран не случайно, поэтому, конечно, доклад Д.С. Мальцева: «Возможная ассоциация между окклюзией артерий сетчатки и ретикулярными псевдодрузами: недостающее звено?» произвел хорошее впечатление.

    Очень интересный был доклад у Е.Э. Иойлевой «Нейронная идентификация друз диска зрительного нерва на основе данных ОКТ», поскольку это касается многих. Это довольно распространённое явление, которое мы раньше просто не замечали, и поэтому не обращали на него должного внимания. Теперь у нас есть возможность существенно улучшить диагностику. 

    В докладе С.В. Милаш «Бациллярная отслойка при регматогенной отслойке сетчатки: патогенез, спектр изменений и мультимодальная визуализация» впечатляют новые возможности диагностики. Даже с узким зрачком. И даже через дефекты в радужке можно оценить состояние глазного дна. Это замечательно.

    Не хочу хвалить своих сотрудников, но наша аспирантка Т.Р. Огнева затронула в своём докладе «Клинико-диагностические критерии ишемической макулопатии при диабетической ретинопатии» чрезвычайно важную тему. Актуальность проблемы глазных осложнений сахарного диабета сомнений не вызывает, так как мы имеем дело не просто с болезнью. Когда количество больных в мире переваливает за 100 млн. человек, это уже пандемия.

    Хочу отметить, что темы докладов были подобраны очень грамотно. На каждый доклад было отведено 7 минут. Мы на Конгрессе «Белые ночи», который является обучающим, придерживаемся несколько иного формата. На обзор по той или иной важной теме выделяется по 15—20 минут. Для иностранцев, с учётом перевода, даётся в два раза больше. Здесь же на секции кратко излагалась суть проблемы, зато было предусмотрено время для обсуждения и дискуссии. Это важно, потому что, когда дело касается новых методов всегда хочется понять, насколько они пригодятся и будут использованы в вашей дальнейшей работе.

    - Какие направления витреоретинальной хирургии в настоящее время кажутся Вам наиболее перспективными?

    В наше время на переднем крае находится клиника Военно-медицинской академии. Вы же статистику, приведенную в докладе Алексея Николаевича Куликова «Удаление внутриглазных осколков», видели? Передний отрезок становится лишь доступом для того, чтобы добраться до заднего сегмента и решить проблемы с инородными телами, кровоизлияниями и другими последствиями боевых травм. Сегодня актуальность их хирургического лечения очевидна. Так же как и то, что последовательные реабилитационные мероприятия обеспечат нас работой на многие годы вперед.

    - Как вообще развивается витреоретинальная хирургия в регионе? Хватает ли соответствующих специалистов?

    - Таких врачей никогда не бывает много. Есть определенные сложности как с обучением, так и с финансированием. Надо понимать, что витреоретинальная патология — это не какая-нибудь лазерная коррекция аномалий рефракции или факоэмульсификация при неосложненных катарактах. Это операции гораздо более объёмные, более затратные и гораздо менее прогнозируемые с точки зрения конечного результата. Витреоретинальная хирургия, как никакая другая, должна быть в системе государственных мероприятий, потому что это не то, на чем можно заработать быстрые деньги. Это большой тяжелый труд, требующий продолжительного выхаживания пациентов в послеоперационном периоде, и это совсем не то, что с радостью на себя возьмет коммерческий сектор.

    У меня специфическое отношение к системе страховой медицины. Я считаю, что у нас в стране вся медицина и образование должны быть доступны и бесплатны. Может быть такой подход унаследован мною из советского прошлого, но кто теперь возьмется утверждать, что оно имеет только негативную коннотацию. Что касается витреоретинальной патологии, то, конечно, она требует инвестиций. Подготовленных кадров у нас больше, чем получаемых средств для того, чтобы эти подготовленные кадры могли бы работать с полной отдачей. 

    На данный момент в Санкт-Петербурге достаточно возможностей, чтобы все вопросы решать на месте и лечить пациентов здесь, не отправляя в столицу. Я помню время, когда у нас был только один головной центр МНТК в Москве, и больные из Ленинграда ездили туда на обследование и лечение. Идея создания сети медицинских комплексов в разных регионах страны себя полностью оправдала. Теперь задачи по диагностике и лечению офтальмологических заболеваний мы решаем у себя дома. Но необходимо соответствующее и своевременное финансирование. А каковы реалии? Уже апрель месяц, второй квартал начался, а у нас до сих пор не выделены средства на расходные материалы на текущий год! Полагаю, что расходные материалы, это не то, что в принципе может попадать под секвестр бюджета.

    - А как обстоит ситуация с оборудованием?

    - В области современной медицины всегда в выигрыше тот, чья клиника была сдана последней. 12 января этого года был открыт новый университетский корпус с нашей офтальмологической клиникой. Под открытие нового центра, разумеется, было закуплено новое оборудование. Поэтому с оборудованием сейчас всё хорошо. Но оно имеет свойство устаревать, а денег на приобретение нового может и не найтись. С импортозамещением тоже пока не очень.

    - Вопрос к Вам, как к заведующему кафедрой офтальмологии ПСПб ГМУ им. акад. И.П. Павлова, в университете много студентов, которые планируют в будущем заниматься витреоретинальной хирургией?

    - Планировать можно, заниматься труднее. Нынешняя подготовка будущих офтальмохирургов сильно отличается от той, которую получил я. Как меня учили оперировать? Кафедра ЛенГИДУВа (Ленинградского государственного института для усовершенствования врачей), на которой я за 23 года прошёл путь от клинического ординатора до профессора, располагалась на базе Городской глазной больницы на Моховой улице, 38, которая отметила в 2024 году 200-летний юбилей. Начиналось обучение хирургии с операций на придаточном аппарате глаза, которые вообще не считались «серьёзными» вмешательствами.  Затем постепенно, поэтапно, переходили к операциям на глазном яблоке. К сожалению, приходилось осваивать энуклеацию и эвисцерацию, хотя показания к ним, благодаря моему первому научному руководителю – Петру Ивановичу Лебехову, постоянно сокращались. Далее осваивались этапы экстракции катаракты. В начале 80-х годов прошлого века основным методом у нас была интракапсулярная экстракция. Как правило, без интраокулярной коррекции и с большим количеством швов. Хирургия отслоек – циркляж с пломбированием. Современные возможности витреоретинальных вмешательств даже не снились. Тем не менее, к концу обучения в ординатуре я самостоятельно прооперировал шестьдесят катаракт и два десятка отслоек. Очень способствовали совершенствованию хирургических навыков дежурства по скорой помощи. Сегодня ситуация иная. Сейчас пациенты не хотят, чтобы клинические ординаторы осваивали на них хирургические навыки. Логично. Пациенты имеют право на выбор хирурга. Кафедры отделены от клиники, что уже не логично. Поэтому на сегодняшний день я не думаю, что у нас есть молодые специалисты, которые к концу обучения в ординатуре имеют существенный запас хирургического опыта.  Аспирант, если у него хирургическая тема научной работы, как правило, только начинает овладевать основами хирургии. А так, за шесть лет обучения в ВУЗе выпускается полуфабрикат, к которому теперь прикрепляется не сильно заинтересованный наставник. К сожалению, система подготовки кадров деградирует.

    В своё время у нас на шестом курсе была субординатура, потом – интернатура, далее – клиническая ординатура. Сначала отказались от субординатуры, потом – от интернатуры. В результате мы имеем шесть лет обучения в вузе по весьма сомнительной балльно-рейтинговой системе, дальше два года в ординатуре. После этого не то что витреоретинальный хирург, но и просто полноценный специалист не получится.

    У нас много интересующихся, толковых студентов, у которых есть большое желание связать свою жизнь с офтальмологией. А в конце их обучения выясняется, что мы не можем подать на них заявку и гарантировать им продолжение обучения в клинической ординатуре на базе нашего замечательного высшего учебного заведения. Такие правила, непонятно кем придуманные.

    - Один из залов конференции назван в честь Вашего отца – профессора Астахова Юрия Сергеевича, какие главные принципы «школы Астаховых» Вы стараетесь передать своим ученикам?

    - Сейчас уже пятое поколение нашей семьи получает медицинское образование. Но пока я единственный человек, в династии, который выбрал специализацию отца. И помог мне сделать этот выбор профессор Отари Александрович Джалиашвили, который до Юрия Сергеевича и до меня руководил кафедрой глазных болезней Первого медицинского института.

    Не хочу преувеличивать врождённую непреодолимость желания посвятить свою жизнь самой гуманной профессии. Нормальные дети, в условиях мирного времени, об этом обычно не задумываются. Просто, когда вокруг тебя почти все родственники врачи, и круг их общения в значительной степени связан с медициной, кажется вполне естественным продолжить начатое задолго до твоего появления на свет. Наверное, так в давние времена формировалась цеховая система. По крайней мере, мне выбор профессии был очевиден ещё в ранние школьные годы. А дальше все принципы очень простые. Если учиться, то только на высший бал, если работать, то только на уровне профессионала. В идеале желательно работать не для того только, чтобы обеспечивать себя и своих близких, постоянно думая о хлебе насущном. Сократ говорил, что отличие людей бесполезных от людей достойных состоит в том, что первые живут для того, чтобы есть и пить, а достойные едят и пьют для того, чтобы жить. А если у тебя есть возможность жить и ещё сохранилось желание помогать людям, профессионально выполняя работу, которой ты обучен и которая, при наличии нормальных рук и постоянной практики получается хорошо, то можно считать, что жизнь удалась, поскольку конечная цель установлена правильно и верно найдены средства, ведущие к ней. 

    - Расскажите, пожалуйста, про «Белые ночи». Что ожидать от предстоящего Конгресса?

    - Тридцать два года подряд мы проводим Конгресс без перерывов, несмотря на возникавшие проблемы как эпидемиологического, так и международного характера. Конгресс изначально замышлялся как международный, он был учрежден профессором Юрием Сергеевичем Астаховым и американским профессором Тедом Черни, по-нашему – Эдуардом Леонидовичем Черных. Всё-таки потомок первой волны русской эмиграции.

    Нынешние сложности с международным статусом не первые. Первые возникли ещё в 1999 году, когда американским коллегам было рекомендовано, американскими же властями, воздержаться от посещения России, когда они сами бомбили Белград, но почему-то говорили, что опасность исходит от нас. Тогда мы первый раз провели Конгресс своими силами, и оказалось, что можем и можем неплохо.

    В 2020 году Конгресс в связи с эпидемией COVID-19 прошёл в режиме онлайн. Это была первая конференция такого масштаба, проведенная онлайн, и последняя конференция, которую организовывал Юрий Сергеевич. Сейчас мы отказались и от режима онлайн, и от смешанного формата проведения конгресса, так как то, что мы привыкли называть «радостью живого общения» чрезвычайно важно, особенно с учётом задач обучающего мероприятия. 

     Конгресс сохраняет статус международного, другое дело, что состав участников изменился. Теперь к нам приезжают десятки офтальмологов из Казахстана, Узбекистана, Киргизии, Беларуси, Грузии, Армении, Ирана, Индии, Азербайджана. Будут докладчики из Германии, из Китая и Египта… То есть это по-прежнему большой конгресс, время проведения которого в последнее десятилетие расширилась с 3 до 5 рабочих дней.

    - Какие секции будут на Конгрессе?

    - Будут секции по глаукоме, заболеваниям сетчатки, офтальмотравматологии, офтальмоонкологии, окулопластике, воспалению, детской офтальмологии, рефракционным и глазодвигательным нарушениям. В среду, 27 мая, традиционно день, посвящённый лечению катаракты. Причём первая половина — это «живая хирургия», которая будет транслироваться из нового корпуса. Я думаю, что 10-12 операций успеем сделать и обсудить. Прекрасными хирургами из разных городов будут продемонстрированы интересные операции с применением самых современных моделей интраокулярных линз.

    Значительную часть последнего дня, пятницы, мы предоставим молодым офтальмологам. Для молодых учёных чрезвычайно важно, чтобы темы их научных работ были представлены на крупных мероприятиях, где они могли бы поделиться своими достижениями. Во время конгресса будут проведены сателлитные симпозиумы, организованные фирмами-спонсорами. Также в ходе конгресса традиционно будут проходить заседания экспертных советов и Профильной комиссии Минздрава.

    Спасибо за интересную беседу! Желаю плодотворной работы, новых открытий и увлекательных дискуссий всем участникам Конгресса!

    Беседовала Т. Федорцова