Коровенков Р.И.
Навряд ли в истории хирургии найдется еще упоминание об образовании, которое хирурги много столетий удаляли или смещали со своего места, не зная, что же оно собой представляет. Именно таким образованием является катаракта. Авл Корнелий Цельс (Aulus Cornelius Celsus, ок. 25 до н.э. – ок. 50 н.э.) рассматривал катаракту как жидкость, стекающую и затвердевающую в расположенных вокруг хрусталика пустых пространствах. Но ни Цельс, ни Гален (Galenos, 129 или 131-около 200 или 217) не знали, где в глазу расположена катаракта. Полагают, что и сам термин «катаракта» появился значительно позже в переводе арабских манускриптов на латинский язык Константином Африканским (Constantinus Africanus, 1018–1085) – тунисским врачом, позднее монахом, познакомившим европейцев с арабской медициной. Последователь учений Галена Павел Эгинский (Paulus de Aegineta, 625-690) – византийский врач, хирург и акушер, утверждал, что катаракта представляет собой скопление влаги над радужкой и зрачком. Он описал появление катаракты у лиц пожилого возраста, у лиц, длительно страдающих различными заболеваниями или перенесших травму. Иероним Фабриций (Hieronymus Fabricius, 1537–1619) – итальянский анатом и хирург полагал, что катаракта располагается позади радужки. Каспар Стромайер (Casparus Stromayer, умер в 1566 или в 1567 г.) – практикующий офтальмолог и хирург, прославившийся операциями грыжесечения, в своей книге «Practica Copiosa von dem Rechten Grundt Deß Bruch» (1559) впервые пишет о причинах, которые могут привести к развитию катаракты, особенно выделяя вредное действие яркого света. Но что представляет собой катаракта оставалось не ясным. Так кто же первый высказал мысль, что мутный хрусталик – это и есть катаракта?
7 ноября 1705 г. главный врач Королевского госпиталя в городе Турней Мишель Бриссо (Michel Brisseau, 1676–1743) предложил Парижской академии наук отказаться от господствовавшей на протяжении почти двух тысяч лет теории, объясняющей возникновение катаракты между радужной оболочкой и хрусталиком вследствие затека «патологической серой жидкости» из мозга. На основании проведенных аутопсий он утверждал, что катаракта возникает в хрусталике из-за его заболевания. Это было настолько неожиданно, что члены академии посоветовали М. Бриссо не выставлять себя на смех. Однако в 1707 г. «отец» французской офтальмологии Антуан Мэтр-Жан (Antonie Maitre-Jan, 1650–1730), независимо от М. Бриссо, провел собственные исследования и получил такие же результаты. Тогда академия поручила наиболее значимому французскому врачу и анатому, лейб-хирургу короля Мэри Жану (Mery Jean, 1645-1722), противнику взглядов М. Бриссо, провести тщательное и объективное исследование. Проведя ряд исследований, включая некропсии, и убедившись в правоте М. Бриссо, Мэри Жан первый выразил почтение своему противнику. К чести академии, в 1708 г. она выступила с официальным заявлением, содержащим признание в том, что можно видеть и без хрусталика, то есть без того, что всегда считалось главным элементом зрения. Нужно сказать, что М. Бриссо был одним из первых офтальмологов, кто отличал катаракту от глаукомы. В 1709 г. он издал трактат о катаракте и глаукоме, где, в частности, писал: «Глаукома не должна быть поставлена в число заболеваний, поражающих хрусталик. Мое мнение об этих двух заболеваниях состоит в том, что катаракта, которая обычно имеет белый цвет, не более чем затвердение и помутнение хрусталика. Что касается глаукомы, которая неизлечима, то это помутнение стекловидного тела, которое зеленеет и, находясь за хрусталиком, создает впечатление, что зеленеет последний».
Однако был ли М. Бриссо первым? Оказывается, нидерландский профессор медицины и один из ведущих врачей того времени В.Ф. Племп (Vopiscus Fortunatus Plemp, 1601–1671) в своем труде «Ophthalmographia: sive, Tractatio de oculo» , изданном в 1648 г., озвучил мысль о том, что катаракта и мутный хрусталик – одно и то же. Французский врач А. Ланье (Lasnier, Remi, ск. в 1690 г.) в 1651 г. и французский ученый: медик, химик и алхимик, ботаник и антиквар Пьер Борель (Pierre Borel, 1620–1689) в 1653 г обосновали предположение, что катаракта – это и есть помутнение хрусталика. К таким же выводам на основании исследований глаз казненных людей в 1656 г. пришел немецкий врач и ботаник Вернер Ролфинк (Werner Rolfinck, 1599–1673) . И все же первым, вероятно, был Якоб Шаллинг (Jacob Schalling) – немецкий офтальмолог, в 1603–1615 гг. – декан университета в Йене. Он объединил понятия катаракты и хрусталика в своей книге «Ophthalmia: sive disquisitio Hermetico-Galenica de natura oculorum eorumque visibilibus characteribus morbis & remediis».
Эта очень редкая книга была издана в Эрфурте в 1615 г. и представляла собой любопытную смесь строго медицинской информации и мистики. Состоит она из трех частей. Первая посвящена анатомии и физиологии глаза, вторая – вопросам света и цвета. В третьей части описываются глазные болезни, терапия, диетотерапия, фармакология и химические операции. По некоторым данным Я. Шаллинг состоял в ордене розенкрейцеров (Орден Розы и Креста) – теологическое и тайное мистическое общество, основанное в период позднего средневековья в Германии Христианом Розенкрейцем.
Но, конечно, самыми известными из упомянутых ученых были Антуан Мэтр-Жан и Мери Жан. К сожалению, портреты этих великих французов найти не удалось.
Антуан Мэтр-Жан – «отец» французской офтальмологии. В 1707 г. издал трактат о глазных болезнях – весьма объемный труд на 607 страницах, в котором описал практически все известные в то время болезни глаз и способы их лечения.
Только хрусталику и катаракте было посвящено 29 глав и 195 страниц. Он рассматривал диагностические и прогностические признаки различных катаракт, говорил, как предотвратить развитие катаракты, дифференцировал ложные, «покосившиеся», смешанные, гнойные катаракты, давал советы, что нужно делать перед операцией и т.д. Именно он в 1707 г., а не Иоганн Готтфрид Цинн впервые дал точное описание зонулы и представил ее роль в поддерживании и функции хрусталика. Он же впервые дал анатомическое описание отслойки сетчатки.
Мери Жан — французский врач и анатом. Родился в местечке Ватан на северо-западе страны. Медицину, особенно хирургию и анатомию, изучал в старейшей больнице Парижа Отель-Дьё де Пари (Hotel-Dieu de Paris - «Парижский божий приют»), а затем там же с 1681 г. был хирургом, причем с 1700 г. - главным хирургом.
В 1681 г. стал лейб-хирургом короля. В 1683 г. был назначен на должность старшего хирурга в Доме Инвалидов в Париже, где лечили заслуженных армейских ветеранов (инвалидов войны»). Это был один из первых (если не первый) инвалидных домов в Европе. Строительство его было начато по приказу Людовика XIV в 1670 г.
В нем одномоментно могли лечиться до 5000 больных. В 1684 г. Мери Жан был избран в Академию наук Франции. Был одним из крупнейших специалистов Европы в области хирургической анатомии, патологии и лечения органов мочеполовой системы. На эту тему написал книгу и издал ее в 1700 г. Описал бульбоуретральную железу (железу луковицы мочеиспускательного канала), причем описал ее на несколько лет раньше британского анатома и хирурга Вильяма Купера, в честь которого она названа Куперовой железой.
Мери Жан занимался исследованиями в области физиологии глаза, зрительного акта и цветового зрения. В 1704 г. он обнаружил, что при расширении зрачка животного под водой становятся видимыми детали глазного дна. Это были первые известные в истории медицины эксперименты, предшествующие офтальмоскопии.
