50-я больница

    Наконец, выделили помещение для клиники – отделение на 60 коек в городской больнице № 50 на базе ММСИ. Туда были переведены кафедра и лаборатория.

    Рядом с ним верные Валерий Захаров, Альбина Колинко, Александр Колинко. Он продолжает собирать команду. К нему приходят выпускники аспирантур и мединститутов – Э. Захарова, Н. Ярцева, Э. Егорова, 3. Мороз, Т. Григорянц, В. Копаева и другие. Он не обещал золотых гор и, наоборот, предупреждал, что работать они будут за пять копеек, что за все свои «хочу» придется бороться. А они оставались, завороженные его идеями, энергией и энтузиазмом.

    Началось переоборудование помещений под клинику. «У меня, как всегда, драчка, – пишет Федоров А. Горбаню. – Рвусь в облака, а за фалды тянуть много есть желающих. Ремонт надоел страшно, некогда оперировать больных. По полдня сижу на телефоне и выбиваю линолеум, погонажную планку, керамику. Выбил 5 ставок научных сотрудников, на днях должно быть подписано постановление Комитета по науке. Обещают еще 5-7 ставок в новом году. Не знаю, куда буду сажать новые кадры. Целую палату занял под новую аппаратуру. Днями ездил получать 4 посылки из империалистических держав. Здорово черти делают инструменты! Сказка! Приезжай, покажу. У хирургических пинцетов кончики такие, что простым глазом не видно. Операционный микроскоп получил из ФРГ, наслаждаюсь операциями. Наслаждение больше, чем от Хемингуэя или Райкина…»

    В трансформаторной подстанции расположили виварий, поставили фрезерные и токарные станки для изготовления хрусталиков. В переоборудованном туалете разместили лабораторию. В магазине «Овощи-фрукты» Федоров выбил в райисполкоме комнатушку для гистологической лаборатории.

    В 1968 году у Святослава Николаевича родилась дочь Ольга.

    Святослав Николаевич защитил докторскую диссертацию на тему «Коррекция односторонней афакии интраокулярными линзами». Она опровергала устоявшиеся догмы офтальмологической науки о том, что искусственные хрусталики почти во всем мире прекратили вживлять из-за предполагаемых осложнений. Т.И. Ерошевский уговорил его убрать острую полемику, потому что факты и так достаточно красноречивы. Это сработало. Оппоненты хвалили, «как на похоронах».

    В 1968 году Федорову присуждена ученая степень доктора медицинских наук. Но диссертацию должна утвердить Высшая аттестационная комиссия.

    Работу послали на заключение не кому иному, как профессору Дмитриеву в Красноярск, давнишнему противнику метода имплантации искусственных хрусталиков, ожидая, естественно, негативного заключения. Полгода профессор продумывал отзыв, объективный, но осторожный, чтобы не нажить себе недругов: идею диссертации он не разделяет, но так как соискатель хорошо разработал проблему в эксперименте и полностью освоил технологию изготовления хрусталиков, он заслужил звание доктора наук. Это звучало смело, поскольку в столице Федоров по-прежнему не в чести.

    В 1969 году Федоров утвержден в ученом звании профессора по кафедре «Глазные болезни».

    Федоров и Захаров провели первую склеропластическую операцию при прогрессирующей близорукости и кератомилез без замораживания роговицы